Восстановление движений при асептическом некрозе: ходьба, хромота и бытовая функция. Исследование

Два человека с одной и той же стадией АНГБК могут иметь существенно различающиеся двигательные возможности. Один будет испытывать выраженные затруднения при обычной ходьбе, другой при сходных структурных изменениях сможет сохранять достаточно высокую бытовую активность. И даже у одного человека отдельные функции могут изменяться неодновременно.

Например, человек может уже достаточно свободно вставать со стула, но испытывать трудности при посадке в автомобиль. Может пользоваться велосипедом, но начинать хромать при более продолжительной ходьбе. Может без существенных ограничений пользоваться лестницей, но сохранять трудности при движениях, требующих большей амплитуды сгибания или ротации бедра.

Именно поэтому в настоящем отчёте я не объединяю всю функцию в один показатель.

Можно ли снова нормально ходить и выполнять обычные движения при АНГБК?

По данным настоящего исследования в последующих подтверждённых точках наблюдения значительно больше участников выполняли анализируемые бытовые и двигательные действия, чем в исходных или первых доступных функциональных точках.

Наиболее выраженное абсолютное изменение среди парно оценивавшихся бытовых функций наблюдалось для движения «сесть–встать». В исходной точке установленный критерий выполняли 86 из 312 участников (27,6%), а в последней подтверждённой точке — 287 из 312 (92,0%).

Самостоятельно завязать шнурки исходно могли 211 участников (67,6%), в последней точке — 282 (90,4%). Самостоятельная посадка в автомобиль и выход из него были подтверждены соответственно у 123 (39,4%) и 278 участников (89,1%). Возможность самостоятельно пользоваться обычной лестницей — у 112 (35,9%) и 271 участника (86,9%).

Отдельно анализировались возможность пройти не менее 1000 метров без выраженной хромоты и возможность самостоятельно сесть на велосипед или велотренажёр велосипедного типа и сойти с него. Для этих показателей первая доступная функциональная точка могла относиться не только непосредственно к началу программы, но и к раннему периоду её прохождения.

Поэтому эти данные требуют отдельной интерпретации и не рассматриваются как обычное парное сравнение исходной неспособности и последующего восстановления.

Основные результаты

Таблица 1. Парная динамика основных бытовых функций

Примечание. В этой таблице сравнивается одна и та же исходная аналитическая группа из 312 участников. Проценты показывают распространённость подтверждённой способности выполнять соответствующее действие в каждой из двух точек. Изменение в процентных пунктах не следует интерпретировать как процент «вылечившихся» или как доказанный эффект программы.

Таблица 2. Ходьба без выраженной хромоты и посадка на велосипед

Важно. Первая доступная функциональная точка по этим двум показателям не во всех случаях является состоянием непосредственно до начала программы. Она могла формироваться в начале наблюдения либо уже в период прохождения программы. Кроме того, не все участники исходно пользовались велосипедом или специально пробовали пройти непрерывно 1000 метров. Поэтому отсутствие подтверждения выполнения критерия в первой точке не приравнивается автоматически к неспособности его выполнить.

Таким образом, данные по ходьбе и велосипеду показывают прежде всего, у скольких участников выполнение конкретного критерия было документально подтверждено в разных доступных функциональных точках. Они не позволяют по одной только разнице между двумя числами рассчитать долю участников, которые «приобрели» функцию.

Быстрая навигация по отчёту

Сесть и встать
Шнурки, обувь и носки
Сесть в автомобиль и выйти
Ходьба без выраженной хромоты
Лестница
Велосипед и велотренажёр
Почему функция и боль могут различаться
Как проводился анализ
Длительность наблюдения
Ограничения исследования
Частые вопросы

Об исследовании и участниках

Исследовательская база проекта включает 614 уникальных участников с асептическим некрозом различных стадий и локализаций. Основную часть базы составляют люди с асептическим некрозом головки бедренной кости — АНГБК. Также представлены поражения коленного, плечевого, голеностопного суставов, костей стопы и другие локализации.

Исходным аналитическим массивом первой серии отчётов являются архивы 312 участников индивидуальных программ восстановления, имеющих достаточные исходные и последующие сведения для аналитической работы.

В настоящем исследовании единицей подсчёта является участник, а не отдельный сустав. При двустороннем или множественном поражении человек не учитывается повторно.

Участники различались по возрасту, стадии заболевания, локализации и множественности поражения, продолжительности болезни, выраженности боли, исходному уровню физической активности и функциональных ограничений.

Поэтому настоящий отчёт не предназначен для вывода о том, какую функцию обязан иметь человек при определённой стадии АНГБК. Стадия является важной характеристикой структурного состояния, но сама по себе не определяет конкретную двигательную способность.

Какие движения оценивались

Для настоящего анализа были выбраны шесть конкретных функциональных критериев:

• возможность самостоятельно сесть и встать;
• возможность самостоятельно завязать шнурки;
• возможность самостоятельно сесть в автомобиль и выйти из него;
• возможность самостоятельно сесть на велосипед или велотренажёр велосипедного типа и сойти;
• устойчивая непрерывная ходьба не менее 1000 метров без выраженной хромоты;
• самостоятельный подъём и спуск по обычной лестнице.

Эти действия не образуют универсальной шкалы от простого движения к сложному. Они предъявляют разные требования к суставу, мышцам, координации и характеру нагрузки.

Поэтому в анализе не использовалось правило вроде «если человек может ездить на велосипеде, значит он обязательно способен пройти километр без хромоты» или «если может ходить километр, значит обязательно может глубоко присесть».

Возможность самостоятельно сесть и встать

Что оценивалось: самостоятельное изменение положения тела «сидя ↔ стоя» без боли и выраженного функционального затруднения.

Рабочим критерием являлись три последовательных цикла «сесть–встать» без помощи рук. Идеальная симметрия движения не требовалась. Небольшая индивидуальная компенсация допускалась, если она не препятствовала выполнению действия и движение не сопровождалось существенной болью.

В исходной точке этот критерий выполняли 86 из 312 участников (27,6%). В последней подтверждённой точке — 287 из 312 (92,0%).

Абсолютная разница составила 201 участника, или 64,4 процентного пункта.

Подъём со стула является очень узнаваемой бытовой функцией. При нарушении функции тазобедренного сустава человеку нередко приходится помогать себе руками, переносить большую часть нагрузки на здоровую сторону, предварительно менять положение стоп или совершать выраженное компенсаторное движение туловищем.

При этом сам факт небольшой асимметрии ещё не означает отсутствия функции. Цель настоящего показателя — не оценить идеальную технику движения, а установить, способен ли человек выполнить его самостоятельно и без выраженного ограничения.

Завязывание шнурков, обувь и надевание носков

Что оценивалось: возможность самостоятельно завязать шнурки на находящейся на ноге обуви в обычном бытовом положении сидя.

Для выполнения этого действия человеку необходимо приблизить руки к стопе за счёт сочетания движения тазобедренного сустава, положения таза, движения туловища и колена.

В исходной точке самостоятельно выполнять этот критерий могли 211 из 312 участников (67,6%). В последней подтверждённой точке — 282 из 312 (90,4%).

Разница составила 71 участника, или 22,8 процентного пункта.

Именно такие бытовые действия человек часто замечает раньше, чем абстрактное изменение «объёма движения». Жалоба обычно звучит гораздо проще: «не могу надеть носок», «не могу завязать шнурки», «не могу нормально обуться».

Надевание носков в настоящем отчёте отдельно количественно не анализировалось, однако функционально это близкое действие: оно также требует достаточной доступности стопы и сочетания сгибания, положения бедра и движения туловища.

Глубокий присед также может предъявлять высокие требования к сгибанию тазобедренных и коленных суставов, но не является эквивалентом завязывания шнурков и в настоящую количественную таблицу не включён.

При оценке шнурков не требовалась идеальная траектория движения. Небольшое отведение колена или другой устойчивый индивидуальный способ выполнения допускался, если человек самостоятельно выполнял действие без боли и выраженного функционального ограничения.

Можно ли снова нормально садиться в автомобиль и выходить из него?

Посадка в автомобиль является сложным бытовым действием. Она требует изменения положения таза, переноса веса, сгибания и определённой ротации бедра, переноса ноги через порог автомобиля и последующего обратного движения при выходе.

Именно поэтому человеку может быть относительно легко ходить по ровной поверхности, но заметно сложнее сесть в низкий автомобиль или вынести из него поражённую ногу.

В исходной точке возможность самостоятельно сесть в используемый человеком легковой автомобиль и выйти из него была подтверждена у 123 из 312 участников (39,4%).

В последней подтверждённой точке — у 278 из 312 (89,1%).

Разница составила 155 участников, или 49,7 процентного пункта.

Тип и высота автомобилей специально не стандартизировались. Седан, кроссовер и автомобиль с более высокой посадкой могут предъявлять разные требования. Поэтому данный показатель следует понимать именно как практическую бытовую функцию в условиях автомобиля, которым реально пользовался участник, а не как стандартизированный клинический тест.

Можно ли снова ходить без выраженной хромоты?

Хромота — один из наиболее заметных для самого человека признаков нарушения двигательной функции. Она может быть связана не только с болью, но и с ограничением движения, снижением силы и выносливости отдельных мышечных групп, изменением устойчивости таза, привычкой разгружать поражённую сторону и закрепившимся двигательным стереотипом.

Поэтому человек может сообщать, что боль значительно уменьшилась, но при продолжительной ходьбе всё ещё начинает хромать. Обратная ситуация также возможна: небольшие ощущения сохраняются, но походка становится значительно устойчивее.

Почему для анализа использована дистанция 1000 метров

В настоящем отчёте устойчивой ходьбой считалась непрерывная ходьба не менее 1000 метров в обычном темпе без выраженной хромоты и без боли, которая ограничивает продолжение движения.

1000 метров не являются универсальным медицинским нормативом и не представляются здесь как клинический стандарт. Это рабочий функциональный порог, выбранный в соответствии с характером имеющихся архивных сведений.

Он позволяет отделить короткую бытовую мобильность от способности поддерживать ходьбу достаточно продолжительное время.

Человек может без существенных проблем перемещаться по квартире, дойти до автомобиля или пройти магазин и при этом начинать заметно хромать после нескольких сотен метров непрерывной ходьбы.

Результат

В первой доступной функциональной точке выполнение критерия было подтверждено у 103 из 312 участников (33,0%).

В последней подтверждённой точке — у 258 из 312 участников (82,7%).

Однако эти цифры требуют особого пояснения. В начале работы проекта вопрос о непрерывной километровой ходьбе не задавался всем участникам одинаково. Не каждый человек вообще предпринимал такую попытку, особенно в начале наблюдения.

Поэтому число 103 означает именно число участников, у которых выполнение критерия было подтверждено в первой доступной функциональной точке. Оно не означает, что остальные 209 человек достоверно не могли пройти 1000 метров.

По той же причине разницу между 103 и 258 нельзя автоматически интерпретировать как 155 участников, «восстановивших» километровую ходьбу. Для такого утверждения потребовались бы индивидуально подтверждённые отрицательная и положительная точки по каждому человеку.

Подъём и спуск по лестнице

Обычная лестница предъявляет к человеку иные требования, чем ходьба по ровной поверхности. Необходимы перенос веса на одну конечность, контроль таза, работа разгибателей коленного и тазобедренного суставов, координация и устойчивость.

Подъём и спуск также могут переноситься неодинаково. У одного человека труднее подъём, у другого — спуск. Эти различия в настоящем отчёте не рассматриваются как универсальная закономерность, а учитываются как возможная индивидуальная особенность.

Рабочим критерием являлась способность самостоятельно подниматься и спускаться по обычной лестнице без опоры, без боли, ограничивающей выполнение действия, и без выраженного функционального ограничения.

Количество этажей специально не стандартизировалось, поскольку исторически участники описывали эту бытовую нагрузку по-разному: «по лестнице нормально», «поднимаюсь на третий этаж», «на четвёртый без проблем» и т.д.

В исходной точке критерий выполняли 112 из 312 участников (35,9%).

В последней подтверждённой точке — 271 из 312 (86,9%).

Разница составила 159 участников, или 51,0 процентного пункта.

Важно не смешивать обычную лестничную нагрузку с подъёмом тяжёлых предметов по лестнице. Перенос мебели, тяжёлых ёмкостей, строительных материалов или значительных бытовых грузов представляет другой уровень нагрузки и не использовался как критерий способности нормально пользоваться лестницей.

Велосипед и велотренажёр: посадка и езда — не одно и то же

В настоящем отчёте оценивается прежде всего биомеханическая возможность самостоятельно сесть на обычный велосипед либо велотренажёр велосипедного типа и затем самостоятельно сойти с него.

В рамках программ использовались и рекомендовались велотренажёры велосипедного типа, а не горизонтальные тренажёры-кресла. Посадка на них требует переноса ноги и движения, близкого к посадке на обычный велосипед, хотя при правильной настройке тренажёра задача может быть несколько легче.

Продолжительность и дистанция самой езды в данный функциональный критерий не входят. Человек может свободно сесть на велосипед, но испытывать дискомфорт после продолжительной поездки. Возможна и обратная ситуация: именно перенос ноги при посадке затруднён, а после посадки само вращение педалей переносится достаточно хорошо.

В первой доступной функциональной точке способность самостоятельно сесть на велосипед или велотренажёр и сойти была подтверждена у 78 из 312 участников (25,0%).

В последней подтверждённой точке — у 239 из 312 (76,6%).

Однако в начале наблюдения велосипед имелся далеко не у каждого участника и не каждый человек предпринимал попытку им пользоваться. Поэтому отсутствие такого подтверждения в первой точке не означает автоматически неспособность сесть на велосипед.

Продолжительная езда и километры на велосипеде будут рассматриваться отдельно как показатель двигательной активности, а не как настоящий биомеханический критерий.

Почему боль может уменьшиться, а хромота или другие ограничения сохраниться?

Боль и функция тесно связаны, но не являются одним и тем же показателем.

Уменьшение боли может сделать движение свободнее, позволить больше нагружать конечность и уменьшить защитное ограничение. Но этого не всегда достаточно для немедленного восстановления обычного двигательного стереотипа.

После длительного ограничения могут сохраняться мышечная слабость, снижение выносливости, ограничение части движений, привычная асимметрия, осторожное перенесение веса и другие компенсации.

Поэтому ситуация «боль почти прошла, а я всё ещё немного хромаю» сама по себе не является внутренним противоречием.

И наоборот, способность выполнить определённое действие не означает, что человек полностью свободен от любых ощущений при любых более высоких нагрузках.

Например, обычная лестница может выполняться без существенных ограничений, но после целого дня тяжёлой физической работы возникать дискомфорт. Это не делает человека неспособным пользоваться лестницей — просто речь идёт уже о другой нагрузке.

Именно поэтому результаты настоящего отчёта следует рассматривать вместе, но не смешивать с отдельным аналитическим отчётом проекта о динамике боли.

Функция не означает структурное восстановление сустава

Очень важно разделять ещё два понятия: функциональное состояние человека и структурное состояние поражённой кости и сустава.

Способность человека нормально ходить, самостоятельно одеваться, пользоваться автомобилем или лестницей является практически значимым результатом, но сама по себе не доказывает восстановления структуры головки бедренной кости или исчезновения очага асептического некроза.

Для оценки структурной динамики требуются отдельные данные визуализирующих обследований — прежде всего сопоставимые МРТ, КТ или рентгенограммы, в зависимости от исследовательского вопроса.

Поэтому функциональные результаты и результаты визуализирующих исследований в проекте анализируются раздельно.

Как проводился анализ

Настоящий отчёт основан на ретроспективном анализе индивидуальных архивов участников программ восстановления.

Проект не начинался как заранее спланированное проспективное клиническое исследование, в котором всем участникам в одинаковые даты выполнялся одинаковый набор стандартизированных функциональных тестов.

Функциональные сведения формировались в ходе реальной многолетней работы с участниками и восстанавливались при подготовке анализа из датированных материалов индивидуальных архивов.

Источниками могли служить:

• исходные, промежуточные и итоговые анкеты;
• материалы индивидуального сопровождения;
• консультации;
• телефонные контакты;
• содержательная переписка;
• сообщения участника о фактически выполняемых действиях;
• повторные обращения;
• другие датированные материалы индивидуального архива.

При этом отсутствие сведений не приравнивалось к отрицательному результату.

Прямое и косвенное подтверждение функции

Основным способом определения функции являлось прямое подтверждение: участник сообщал, что способен или не способен выполнить определённое действие, либо описывал его фактическое выполнение.

Дополнительное косвенное подтверждение могло использоваться только тогда, когда в архиве было достоверно зафиксировано действие, практически предполагающее наличие более простой функциональной возможности.

Однако универсальная лестница нагрузок не использовалась.

Нельзя автоматически выводить километровую ходьбу из езды на велосипеде, возможность плавать из способности ходить или лестничную функцию из другого самостоятельного действия.

Что считалось функциональным ограничением

При оценке учитывалась не только боль.

Ограничение могло быть связано с выраженным уменьшением амплитуды движения, мышечной слабостью, затруднением переноса конечности, выраженной хромотой, неспособностью самостоятельно выполнить действие или другими очевидными функциональными препятствиями.

При этом идеальная симметрия не являлась обязательным условием.

Небольшая компенсация допускалась, если она позволяла человеку самостоятельно и устойчиво выполнить оцениваемое бытовое действие без существенной боли и выраженного ограничения.

Какая точка наблюдения считалась последней

В настоящем исследовании последняя подтверждённая точка не обязательно совпадает с окончанием первой программы восстановления.

Если в индивидуальном архиве существовали более поздние достоверные сведения, использовалась наиболее поздняя подтверждённая точка, позволяющая оценить конкретный функциональный показатель.

Для одного участника это могло быть состояние после окончания первой программы. Для другого — после последующей программы. Для третьего — повторное обращение через год, несколько лет или иной более длительный срок.

Поэтому показатель «стало» не следует понимать как максимальный результат, достигнутый человеком непосредственно во время наиболее активного периода программы.

Через несколько лет человек может сохранять хорошую функцию, но просто не выполнять часть максимальных нагрузок, поскольку они ему больше не нужны.

Продолжительность доступного наблюдения

Свыше одного года доступны наблюдения по 283 участникам из 312 (90,7%), свыше трёх лет — по 171 (54,8%), свыше пяти лет — по 52 (16,7%). Медианная продолжительность доступного наблюдения относится к интервалу более 3 до 5 лет.

Эта продолжительность характеризует не длительность самой программы, а время, в течение которого в архиве удавалось получать подтверждённые сведения о дальнейшем состоянии участника.

Что показывают результаты в целом

Во всех четырёх бытовых функциях, для которых возможно полноценное сопоставление исходной и последней точки у одной и той же группы из 312 участников, распространённость способности выполнять действие в последующей точке была значительно выше.

Особенно выраженное абсолютное изменение наблюдалось для самостоятельного движения «сесть–встать», посадки в автомобиль и выхода из него и пользования обычной лестницей.

Для завязывания шнурков прирост оказался меньше, но этот показатель исходно был сохранён у гораздо большей части участников.

По километровой ходьбе без выраженной хромоты и посадке на велосипед число участников с подтверждённым выполнением критерия также существенно увеличилось между первой доступной и последней подтверждённой функциональной точкой. Однако особенности исходного сбора данных не позволяют интерпретировать эту разницу как обычный парный процент восстановления функции.

Полученные данные также показывают, почему функциональные результаты важно рассматривать не через одну общую характеристику. Способность человека вставать, наклоняться к обуви, переносить ногу в автомобиль, поддерживать продолжительную ходьбу или пользоваться лестницей зависит от разных сочетаний подвижности, мышечной работы, координации и переносимости нагрузки.

При интерпретации этих результатов необходимо учитывать особенности самих наблюдаемых людей. Участники настоящего аналитического массива не представляли случайную выборку людей с асептическим некрозом: они самостоятельно обращались за индивидуальной программой, предполагавшей длительное активное участие самого человека и изменение привычного образа жизни. Уже такой формат взаимодействия мог в большей степени привлекать и удерживать людей, готовых систематически работать над своим состоянием, изменять двигательную активность и повседневные привычки.

По материалам длительного наблюдения у части участников эти изменения со временем переставали восприниматься как временное выполнение программы. Ходьба, велосипед, плавание, упражнения и другие элементы физической активности могли становиться привычной и самостоятельно поддерживаемой частью жизни. Настоящий отчёт не определяет распространённость такого изменения поведения и не позволяет считать его причиной зарегистрированной функциональной динамики, однако эта особенность наблюдаемой популяции важна при интерпретации высоких показателей функции в последующих точках наблюдения.

Поэтому восстановление функции не выглядит как единый переключатель «не мог → полностью восстановился». Оно может происходить неодновременно для разных движений и оставаться частичным даже при выраженной положительной динамике других показателей.

Как можно интерпретировать связь с прохождением программы

Участников исходного аналитического массива объединяет прохождение индивидуальных программ восстановления с сопровождением — наиболее полного и последовательного формата применения Подхода Сергея Козлова.

Программа представляет собой комплексное организованное воздействие, которое может объединять изменения двигательной активности, способов разгрузки суставов, режима дня и сна, питания, организации повседневной жизни, самоконтроля и других взаимосвязанных направлений.

Поэтому наблюдаемая функциональная динамика представляет самостоятельный исследовательский интерес как результат, зарегистрированный во время и после прохождения программ.

Однако настоящий дизайн исследования не позволяет доказать причинно-следственную связь между прохождением программы и всеми зарегистрированными изменениями.

На состояние участников могли одновременно влиять естественное течение заболевания, самостоятельное продолжение или изменение образа жизни, медикаментозное лечение, медицинская реабилитация, хирургические и иные вмешательства, возраст, исходная физическая форма и индивидуальные особенности заболевания.

Ограничения исследования

Настоящий отчёт необходимо рассматривать вместе с его ограничениями.

Исследование является наблюдательным и ретроспективным. Участники не распределялись случайным образом и контрольная группа специально для настоящего анализа не формировалась.

Функциональные сведения исторически собирались не по единому стандартизированному протоколу. Структура анкет, характер сопровождения и объём документирования постепенно совершенствовались.

Поэтому некоторые показатели удалось определить значительно точнее, чем другие.

Особенно это относится к километровой ходьбе и велосипеду: не все участники в начале наблюдения предпринимали соответствующее действие и не всем задавался одинаковый прямой вопрос.

Последняя подтверждённая точка также приходилась на разные сроки — от нескольких месяцев до нескольких лет.

В исследовании объединены участники разных возрастов, стадий и локализаций поражения. Поэтому настоящий отчёт не определяет вероятность восстановления конкретной функции для отдельной стадии заболевания или конкретного человека.

Участники могли использовать различные медицинские и иные внешние вмешательства до программы, во время неё и при последующем наблюдении. Эти воздействия не были одинаковыми для всей когорты и учитываются как потенциальные сопутствующие факторы.

Наконец, улучшение функции не является доказательством структурного восстановления поражённой кости и не позволяет по функциональным данным сделать вывод о состоянии очага асептического некроза, в том числе АНГБК, или отсутствии риска дальнейшего прогрессирования.

Частые вопросы о восстановлении движений при асептическом некрозе и АНГБК

Можно ли снова ходить без хромоты при асептическом некрозе?

По данным настоящего массива в последней подтверждённой точке непрерывная ходьба не менее 1000 метров без выраженной хромоты была подтверждена у 258 из 312 участников. Однако это групповой результат, а не индивидуальный прогноз. Возможность восстановления походки зависит от сочетания боли, структуры сустава, мышечного состояния, продолжительности ограничений и других факторов.

Почему хромота может остаться, даже если боли стало меньше?

Потому что хромота может определяться не только болью. После длительного ограничения могут сохраняться слабость или сниженная выносливость мышц, ограничение части движений, асимметричное распределение нагрузки и закрепившийся двигательный стереотип. Поэтому динамика боли и динамика походки могут не совпадать по времени.

Можно ли снова нормально вставать со стула?

В настоящем анализе возможность выполнить три последовательных цикла «сесть–встать» без помощи рук была подтверждена у 86 из 312 участников в исходной точке и у 287 из 312 в последней подтверждённой точке.

Можно ли снова самостоятельно завязывать шнурки и надевать обувь?

В исходной точке критерий самостоятельного завязывания шнурков выполняли 211 участников, в последней подтверждённой точке — 282. Небольшая индивидуальная компенсация движения не считалась отсутствием функции, если человек выполнял действие самостоятельно, без боли и выраженного ограничения.

А надевание носков — это тот же показатель?

Это близкая бытовая функция, поскольку также требует возможности приблизить стопу или руки к стопе и достаточной подвижности тазобедренной области. Однако надевание носков отдельно количественно не рассчитывалось, поэтому результаты по шнуркам нельзя механически объявлять статистикой надевания носков.

Почему при АНГБК становится трудно садиться в машину?

Посадка в автомобиль сочетает перенос веса, сгибание и изменение положения бедра, движение таза и перенос ноги через порог. Поэтому ограничение может становиться заметным именно в автомобиле, даже когда обычная короткая ходьба ещё относительно сохранена.

Можно ли снова нормально пользоваться лестницей?

В настоящем массиве самостоятельный подъём и спуск по обычной лестнице соответствовали рабочему критерию у 112 участников исходно и у 271 участника в последней подтверждённой точке.

Если я могу ездить на велосипеде, значит ли это, что походка уже восстановилась?

Нет. Велосипед и ходьба представляют разные виды нагрузки. Человек может хорошо переносить велосипед и при этом начинать хромать при продолжительной ходьбе. Поэтому эти показатели анализируются отдельно.

Можно ли вернуться к велосипеду после ограничения функции?

В последней подтверждённой точке способность самостоятельно сесть на велосипед или велотренажёр велосипедного типа и сойти была подтверждена у 239 из 312 участников. Однако этот показатель описывает именно посадку и сход. Продолжительность и дистанция езды относятся к отдельному анализу двигательной активности.

Если движения стали лучше, значит ли это, что некроз прошёл?

Нет. Функциональная динамика и структурная динамика — разные уровни оценки. Для выводов о состоянии очага, коллапсе, форме головки бедренной кости и других структурных изменениях необходимо отдельно анализировать визуализирующие исследования.

Сохранялась ли восстановленная функция через несколько лет?

У значительной части исходного аналитического массива последняя подтверждённая точка находилась значительно позже завершения первой программы: свыше года наблюдались 283 участника, свыше трёх лет — 171, свыше пяти лет — 52. Однако настоящий отчёт не разделяет каждый функциональный показатель по длительности наблюдения, поэтому эти цифры не следует трактовать как отдельный процент сохранения каждой функции через 1, 3 или 5 лет.

Что делать, если эти ограничения похожи на мои?

Результаты настоящего исследования являются групповыми и не позволяют определить прогноз конкретного человека только по стадии заболевания или одному функциональному признаку.

Даже при одинаковой стадии АНГБК могут существенно различаться размеры и локализация поражения, состояние суставной поверхности, наличие отёка костного мозга, продолжительность заболевания, выраженность боли, подвижность, мышечное состояние, характер хромоты, использованные вмешательства и исходный уровень активности.

Если задача состоит не в изучении групповой статистики, а в понимании собственной ситуации — почему сохраняется хромота, какие движения ограничены, как это соотносится с МРТ и стадией заболевания и какие возможности остаются у сустава, — для этого требуется отдельный анализ индивидуальных данных.

Для такой задачи на сайте предусмотрен формат «Разбор ситуации».

Проверяемость исследования

Настоящий аналитический отчёт является частью единой системы документов исследовательского проекта «Подход Сергея Козлова».

Принципы формирования исследовательской базы, правила работы с индивидуальными архивами, порядок формирования аналитических массивов и выборок и требования к опубликованным отчётам подробно раскрываются в документах проекта:

• Регистр наблюдений и аналитические отчёты исследовательского проекта;
• Методология исследовательского проекта;
• Стандарт подготовки аналитических отчётов;
• Исследовательский проект;
• Научное обоснование Подхода Сергея Козлова;
• Подход Сергея Козлова.

Первичные материалы хранятся в индивидуальных архивах участников. Они могут включать медицинские документы, результаты обследований, анкеты, материалы консультаций, переписку и другие сведения, относящиеся к персональным данным.

При обнаружении ошибок, уточнении архивных данных или повторной проверке расчётов результаты могут быть уточнены в новой редакции отчёта с указанием даты и характера изменений.

Авторство и проверка

Анализ подготовлен Сергеем Козловым, автором Подхода и руководителем исследовательского проекта.

Проект развивается независимо, без государственного, грантового, институционального или корпоративного финансирования. Работа над проектом поддерживается в том числе доходами от информационно-консультационных услуг и индивидуального сопровождения, поэтому при интерпретации результатов следует учитывать заинтересованность автора в развитии Подхода.

Настоящая редакция подготовлена с учётом Методологии исследовательского проекта, редакция № 8, и Стандарта подготовки аналитических отчётов, редакция № 2.

На момент публикации настоящий анализ не проходил независимого внешнего рецензирования или внешней проверки. Методика проекта предусматривает возможность последующей обезличенной проверки отдельных расчётов и аналитических материалов.